Один зимний день: рабочие вылили патоку в резервуар. 21 человек потерял жизнь.

Вот что вы узнаете, прочитав эту историю:

• В начале 1919 года некачественно построенный промышленный резервуар, находившийся под огромным давлением газа, образовавшегося от горячей патоки, вылитой на холодную патоку, не выдержал.
• В результате взрыва погибли 21 человек, многие другие получили травмы, и несколько кварталов в Северном конце Бостона были практически разрушены. Уборка липкой каши стала настоящим кошмаром.
• После того как жертвы и их семьи подали огромный коллективный иск, прошло шесть лет, прежде чем компания, стоящая за катастрофой, была привлечена к ответственности.

---

15 января 1919 года в Северный конец Бостона внезапно обрушилась темная волна. Но это не был обычный северо-восточный ветер, который надвигается в разгар зимы. Это было сладковато-горькое разрушение, вызванное взрывом резервуара с патокой. Взрыв затопил Коммерческую улицу, снося здания и раздавливая автомобили, повозки и все остальное на своем пути — и унося человеческие жизни.

Были предыдущие признаки беды. Строительство резервуара контролировалось несколько лет назад менеджером среднего звена компании United States Industrial Alcohol, или USIA, дочернее предприятие которой дистиллировало патоку в промышленный спирт. Артур П. Джелл не имел инженерного опыта и поддался давлению завершить резервуар в сжатые сроки. Он пошел на все возможные уловки, чтобы компенсировать это. Он проигнорировал консультации с настоящими инженерами и пропустил организацию инспекций материалов, но, возможно, проявил наибольшее пренебрежение, не потрудившись протестировать резервуар перед его использованием. У него не было времени, когда накануне Нового года прибыла партия патоки из Кубы. Незавершенный резервуар был немедленно загружен семьюстами тысячами галлонов патоки, и он начал трескаться почти сразу.

Без особых препятствий патока вытекала через незакрытые швы и в жестяные ведра, которые радостные дети уносили домой с тем, что по сути было бесплатными сладостями, как вспоминает Стивен Пулео в своей книге Темная волна: Великий бостонский потоп патоки 1919 года. Северный конец был переполненным районом. Поступали жалобы, что резервуар, явно разваливающийся, был слишком близко к жилым зданиям. Некоторые сотрудники USIA были обеспокоены. Айзек Гонсалес, менеджер на месте, уволился после того, как поднял эти вопросы перед руководством, которое ответило, покрасив резервуар в коричневый цвет, чтобы скрыть липкие комки.

Последней каплей стала поступившая партия в 1,3 миллиона галлонов патоки, которая была нагрета, чтобы легче лилась. Горячая патока столкнулась с холодной патокой, уже находящейся в резервуаре, что вызвало быстрое брожение, производящее газ. Уже изрядно треснувший, хлипкий резервуар больше не мог выдерживать такое давление.

С угрюмым шипением резервуар разлетелся на куски и выпустил цунами патоки на Бостон. Когда поток вязкой жидкости хлынул по улицам со скоростью до 35 миль в час, металлические обрезки и свободные заклепки из резервуара превратились в мгновенные снаряды. Все казалось, исчезало в черной пропасти, пока ил не начинал поглощать Северный конец. Волны патоки высотой до 25 футов устремились во всех направлениях, безжалостно снося все на своем пути. Электрические провода были вырваны с опор, а железная дорога обрушилась под тяжестью паточного потока. Люди на улице были сметены или раздавлены.

"Патока, по пояс, покрывала улицу и бурлила вокруг обломков," — писал один из репортеров Boston Post, упомянутый в Темной волне. "Тут и там боролась форма — было невозможно сказать, животное это или человек. Только подъем, борьба в липкой массе показывали, где была хоть какая-то жизнь."

В хаосе спасательные команды отчаянно пытались вытащить тех, кто застрял, но было трудно извлечь многих жертв из вязкой массы, и не всех удалось спасти. Несколько маленьких детей задохнулись. Многие выжившие вдохнули патоку и нуждались в очистке дыхательных путей, получили переломы от жестокой силы или закончили с сотрясениями мозга. Массовое разрушение осталось после наводнения, как только патока остыла и замедлилась в зимнем холоде. Большая часть Северного конца была разрушена, и каждая улица рядом с разорвавшимся резервуаром была покрыта толстой слоем сладкой массы. То, что когда-то было частью набережной Бостона, было сравнялось с землей. Катастрофа унесла 21 жизнь и ранила еще 150.

Погруженный в патоку, Северный конец пытался найти выход. Вода из шланга не могла смыть ее. Часть патоки затвердела настолько, что ее можно было разрезать и выбрасывать в порт. Патока, которая не была в твердом состоянии, подвергалась атаке морской водой, которую спасатели закачивали на улицы, когда поняли, что это единственное, что действительно может растворить эту массу. Тем временем были поданы иск за иском. USIA отрицала небрежность, обвиняя катастрофу в анархистском саботаже. В конечном итоге 119 исков были объединены в самый крупный коллективный иск в истории Массачусетса на тот момент. Потребовалось почти шесть лет, чтобы USIA наконец была привлечена к ответственности за фатально дефектное строительство резервуара.

"Это были обычные люди, оказавшиеся в трагическом событии, которое ознаменовало год смятения в Соединенных Штатах," — написал Пулео, "и позже послужило катализатором для правительства, чтобы ввести новые правила безопасности в промышленности для защиты общественности."